В Гомеле работает единственный в стране дворцовый часовщик

В Гомеле работает единственный в стране дворцовый часовщик

. Раздел 2016 495 0

Николай Лобанов уже полвека “возвращает к жизни” старинные часы.

Его отдельная гордость — 28 раритетных механизмов из коллекции гомельского дворца Румянцевых и Паскевичей. Реставратор и коллекционер рассказал о необычном мире часов.

На встречу с часовым реставратором Николаем Лобановым я опоздал. Минут на 10. Но уже видел, как мастер поглядывает на свои наручные часы.

— Вижу, работа со временем требует пунктуальности?

— Обязательно. Эту привычку я отточил, когда работал диспетчером на железной дороге. А теперь профессия обязывает считать мгновения. На самом деле успевает тот, кто никуда не торопится. Мне нельзя торопиться. Реставрация часов требует особой точности и внимательности. Иногда можно просидеть за механизмом несколько дней.

Разговор продолжаем в красной гостиной гомельского дворца Румянцевых и Паскевичей. Николай Лобанов показывает часовой механизм 1770 года работы четырех мастеров. Это один из старейших механизмов, которые ему довелось ремонтировать. Часы с музыкой и репетиром (специальный бой, чтобы узнавать время ночью). Кстати, во дворце представлены разнообразные по форме, технике и времени исполнения каминные, настольные, настенные, карманные и наручные хронометры европейских мастерских XVIII—XX веков, которые украшали интерьер поместья княжеской семьи Паскевичей.

Хорошие механические часы “вечны”, улыбается Николай Николаевич:

— Самым старым карманным часам более 500 лет, их сделал замочный мастер из Нюрнберга Питер Хенлейн. Старейшие механические башенные часы созданы в 1380 году.

И до сих пор идут на башне Кафедрального собора в английском графстве Сомерсет. Как видите, меняются века, а часы остаются. При правильном уходе, профилактике, ремонте можно спокойно пользоваться часами прадеда или держать в серванте экспонат 300-летней давности. Время более властно над человеком, чем над часами.

Дворцовым часам Николай Лобанов посвятил четверть века. Но его работа со стрелками и шестеренками началась еще в далеком 1964 году. Школьник Николай Лобанов вместе с одноклассниками получил на лето домашнее задание: научиться ремонтировать транзисторные приемники.

В библиотеке нужной литературы не оказалось. Популярные технические книги разобрали. Тогда библиотекарь предложила мальчику книгу по ремонту часов. Дома как раз лежали сломанные карманные часы, которые отец принес с фронта. В итоге без специальных инструментов школьник больше сломал, чем сделал. Но он решил не сдаваться, а научиться и реанимировать отцовский трофей. Сегодня мастер-самоучка один из самых известных часовщиков Беларуси.

Реставратор с таким опытом не мог не стать коллекционером. Любовь к часам у него настоящая. Николай Лобанов коллекционирует механические хранители времени, с тех пор как взялся за ремонт отцовских часов. В его коллекции есть точный механизм, который держал в руках один из сыновей императора Александра II — великий князь Владимир Александрович. Во время русско-турецкой войны 1877—1878 годов великий князь награждал отличившихся в соревнованиях по точной стрельбе офицеров. Один из таких сломанных экземпляров попал в коллекцию гомельского реставратора, который вернул часам ход. Только карманных часов в коллекции Лобанова около 200. Практически все они изначально были в непригодном состоянии. Например, швейцарские фирмы “Телефон”, которые поставлялись специально в Россию. Это часы, с которыми воевали солдаты Первой мировой войны. Их защитный корпус не позволял окопной грязи попасть в механизм. Есть в его коллекции часы, принадлежавшие “радовому” солдату начала XX века. Такая ошибка в слове была допущена при нанесении гравировки. Что придало уникальность экспонату.

У каждых хронометров своя история. Брелок на цепочке в виде головы лошади — хозяин играл на скачках. Три туза — любитель карт. Монограмма — история любви, подвига, жизненного события. Ценность модели зависит от мастера, года выпуска, используемых материалов для украшения, уникальности и бывшего хозяина, рассказывает Николай Лобанов:

— Коллекционеры не собирают просто часы, им нужны редкие. В советское время, например, были часы “Полет”, выпущенные в честь полета в космос Юрия Гагарина в ограниченном количестве. Вот два интересных для коллекционера экспоната: первые советские послевоенные часы “Победа” и первые послевоенные японские. Фигура бывшего хозяина имеет огромное значение. Если “брегетом” владел Александр Пушкин — это будет баснословной стоимости механизм. Говоря о современных марках, можно отметить швейцарскую компанию Patek Philippe. Она выпускает не более 3 тысяч часов в год. Самые дешевые 15 лет назад стоили 80 тысяч евро. Но есть и часовой “лакшери-рынок”. Швейцарская компания “Адемар Пиге” выпускает экземпляры, которые стоят баснословных денег. В год при помощи только ручной сборки она производит отдельные модели количеством не более пяти штук. Покупают такие часы арабские шейхи за 6—7 миллионов долларов. Изготавливают их из золота и платины.

После таких рассказов не могу не обратить внимания на наручные часы реставратора. Что там “Луч” или Patek Philippe? Хороши и швейцарские, с улыбкой отвечает Лобанов:

— Швейцарские часы Dianond 1970-х годов. Надежные. Мне нравятся. Например, в последнее 20 лет качество доступных по цене механических часов в мире заметно снизилось. Это касается и швейцарских производителей. Невыгодно производить долговечные механизмы, эпоха потребления — вещи должны приходить в негодность и покупаться новые. Часовой рынок не избежал этого влияния. Поэтому, если вы хотите надежные часы, им должно быть лет 40—50. Известный производитель. Самый лучший совет от часовщика: пользуйтесь часами отцов и дедов. Это и память, и качество.

О советских часах, самых доступных для нас раритетов, реставратор и коллекционер может рассказывать часами. Например, помните “котлы” товарища Сухова из кинокартины “Белое солнце пустыни”? Такой солидный агрегат. Это кучерские часы, переделанные в наручные. Часы для кучеров стали выпускать с середины XIX века. Они крепились у извозчика на кушаке за спиной для того, чтобы пассажир мог отсчитывать время поездки и соответственно оплату. Среди дорогих раритетов времен СССР — штурманские часы, которые стоили 120 рублей. Среди надежных — “Командирские”. Вообще все советские часы — дети “Победы”, раскрывает часовые советские тайны Николай Николаевич:

— Все знают, что эта марка часов выпущена специально к годовщине Победы в Великой Отечественной войне в 1946 году. Механизм часов маркировался К-26 и был основан на калибре R-26 французской часовой фирмы Lip. Механизм по тем временам был очень удачным. Например, одного полного завода хватало на двое суток. До 1954 года часы производил только Первый Московский часовой завод. Затем технологию передали на другие часовые заводы СССР: на Второй Московский часовой завод, Чистополь, в Куйбышев на “ЗиМ” — завод имени Масленникова. В дальнейшем “Победа” стала основой для всех советских часов. Менялись дизайн, название, форма. Удешевлялся механизм. Полетел Гагарин в космос — получите “Полет”, слетала Валентина Терешкова — готова “Чайка”. В этом списке “Москва”, “Ленинград”, “Спортивные”, “Кама”. Для полярников выпустили часы “Арктика”. Кстати, был эксклюзивный заказ для покорителей Антарктиды под названием “Антарктика”. Могу добавить, что все эти марки советского образца намного качественнее современных российских и белорусских аналогов.

В современном мире, где время узнают по мобильному телефону, механические часы для многих кажутся анахронизмом. Но реставратор просит не торопиться с выводами. Ведь часы — это не только время, но и капитал. Даже бабушкины, настенные с маятником, могут оказаться ценным экспонатом. Только надо разобраться, где их сделали, когда, кто, какой внутри механизм, кто ими владел? Возможно, у вас на стене или на комоде находится целое состояние? Поинтересуйтесь этим, ведь время не ждет.

Станислав ГАЛКОВСКИЙ, фото автора, Советская Белоруссия

Оставить комментарий


Каталог TUT.BY Яндекс.Метрика