26 ноября 1943 года для выживших гомельчан закончился ужас оккупации

26 ноября 1943 года для выживших гомельчан закончился ужас оккупации

. Раздел 2015 1176 0

26 ноября Гомель освободили от немецко-фашистских захватчиков.

Именно в этот день в 1943 году для выживших гомельчан закончился ужас оккупации, длившейся более двух лет. За это время в результате гитлеровско­го террора население одного из круп­нейших городов Беларуси сократи­лось в разы. Тем дороже была та по­беда, навечно запечатлённая в люд­ской памяти.

Но что мы знаем об обороне наше­го родного города, о тех кровопролит­ных сражениях, которые шли на Го­мельщине в течение первых месяцев войны, о её непокорённых жителях? К сожалению, до обидного мало. Ведь даже дату начала оккупации редкий гомельчанин может назвать со стопро­центной точностью. Восстановить не­которые малоизвестные страницы ге­роического прошлого Гомеля мы по­просили руководителя музея истории Советского района Музу Огай, долгие годы кропотливо изучавшую события тех трагических, но поистине герои­ческих дней.

Менее чем через неделю по­сле начала войны, 28 июня 1941 года фашистские во­йска вступили в столицу Советской Белоруссии Минск. Всего шесть дней понадобилось войскам группы ар­мий «Центр», чтобы преодолеть поч­ти 400 километров от западной грани­цы СССР, проходившей тогда за ныне польским Белостоком, до централь­ной части нашей республики. По пря­мой до Москвы оставалось чуть более 650 километров, преодолеть которые фашисты рассчитывали к концу ле­та — началу осени. Но просчитались: на их пути трудно преодолимыми пре­пятствиями встали российский Смо­ленск, белорусские Могилёв и Гомель.

В начале июля 1941 года части Красной армии в составе 63, 66 и 67 стрелковых корпусов заняли оборону на рубеже восточнее Жлобин — Рога­чёв. Именно с этого момента некоторые историки, с которыми я полностью со­гласна, ведут отсчёт героической обо­роны Гомеля. Ведь это, по сути, даль­ние подступы ко второму по величине городу Беларуси. Бои здесь разгорелись нешуточные. Пытаясь во что бы то ни стало прорваться к Гомелю, гитлеров­цы потратили десять дней в бесплод­ных попытках взломать хорошо орга­низованную оборону наших войск. Все их спланированные атаки разбивались о беспримерные мужество и самоотвер­женность советских солдат и офицеров. Более того, 13 июля 1941 года, собрав все имеющиеся силы в единый кулак, наши войска перешли в контрнасту­пление. Одно из немногих на началь­ном этапе войны: за несколько дней боёв удалось на некоторых направле­ниях отбросить противника на 25 ки­лометров. У врага были отбиты захва­ченные им десятью днями ранее Жло­бин и Рогачёв.

Это наступление имело важное значение как с оперативно- тактической, так и с морально- психологической точек зрения. Вой­ска, до этого лишь отступавшие, пусть и в организованном порядке, с нанесе­нием максимального урона противни­ку почувствовали вкус победы. Сол­даты и офицеры поверили в свои си­лы, поняли, что при умелом командо­вании фашистов можно бить. По вос­поминаниям ветеранов, принимавших участие в тех боях, именно эта уве­ренность помогла им впоследствии на протяжении достаточно длительного времени успешно защищать сожскую твердыню.

Важно и другое: одновременно с событиями на гомельском направле­нии разворачивалась жестокая битва за Смоленск. Через этот российский го­род лежал кратчайший путь к Москве, здесь проходил последний крупный во­дный рубеж — река Днепр.

Неудивительно, что гитлеровское командование не жалело сил, чтобы в кратчайшие сроки завершить смолен­скую наступательную операцию. Но планам вермахта помешал так назы­ваемый гомельский «балкон»: выдви­нутый на запад участок фронта, воз­никший в результате уже упомянутого контрнаступления. Если же учесть, что в это время южнее Гомеля на восток пробивались несколько наших армий, объединившись с которыми части 21-й армии могли сформировать прочную линию обороны в тылу наступавших гитлеровцев, то станет понятна край­няя заинтересованность немецкого ко­мандования в ликвидации этого «бал­кона». Не случайно Гитлер в категорич­ной форме потребовал от своих генера­лов приостановить наступление на Мо­скву до полного разгрома гомельской группировки советских войск.

Выполняя этот приказ, командова­нию вермахта пришлось снять часть своих войск со смоленского направле­ния и направить их в район Гомеля. Но наши войска, зажатые в тиски, стояли насмерть. По данным историков, в те­чение месяца с июля по август 1941 го­да фашисты в разное время переброси­ли из-под Смоленска 20 своих дивизий, безуспешно пытавшихся ликвидиро­вать прорыв. Лишь после того, как под Жлобин и Рогачёв была переброшена значительная часть танковой группы Гудериана, наши с боями стали отсту­пать к Гомелю. При этом они несколько раз оказывались практически в полном окружении, однако всякий раз благопо­лучно прорывали смертельное кольцо.

Бои непосредственно за Гомель начались во второй декаде августа. К этому времени ру­ководство обкома и горкома партии сумели организовать эвакуацию из Гомеля населения и материальных ценностей. Ни о каком паническом бегстве из города, как впоследствии утверждали некоторые «очевидцы», и речи не было. Наоборот, по домам гомельчан ходили агитаторы из числа партийно-хозяйственного актива, ко­торые сообщали жителям точное ме­сто сбора и время их эвакуации. В про­межутках между яростными налёта­ми вражеской авиации на восток ухо­дили эшелоны с эвакуированными, со станками и другим оборудованием гомельских предприятий.

13 августа 1941 бои завязались в районе деревень Калинино (тогдашняя Семёновка), Руденец, станции Уза. Во­оружённым до зубов фашистским тан­ковым армадам, поддерживаемым ави­ацией, противостояли обескровленные в предыдущих боях части 21-й армии, около двух тысяч плохо вооружённых и слабо обученных народных опол­ченцев, батарея «сорокапяток» Алек­сандра Свердлова, которую то и дело бросали на наиболее танкоопасные на­правления, а также небольшая группа брестских пограничников под коман­дованием рядового Юзефовича. В боях за Гомель неувядаемой славой покрыл себя коммунистический батальон Ма­невича, состоявший преимуществен­но из шахтёров и рабочих Донбасса, а также батальон московских курсантов под командованием майора Воронина.

Шесть долгих дней и ночей не сти­хали бои у самых городских окраин. И всё же, несмотря на упорное со­противление защитников Гомеля, фа­шистам удалось ворваться в город. 19 августа нашими сапёрами были взорваны железнодорожный и авто­мобильный мосты через Сож. Для переправы на другой берег в райо­не городского парка, где сейчас на­ходится пешеходный мост через ре­ку, были наведены два наплавных мо­ста. К ним и отступали, ведя уличные бои, защитники Гомеля. Батарея со­рокапяток, двигаясь по улице Совет­ской, то и дело разворачивала пуш­ки на прямую наводку и била по на­седавшим танкам врага. Артиллери­сты и пограничники были последни­ми, кто в ночь с 19 на 20 августа по­кинули правобережную часть города. Именно с этой даты и принято вести отсчёт оккупации нашего родного го­рода. Хотя бои за Новобелицу продол­жались ещё три дня. Лишь после то­го, как фашисты захватили и её, наши войска окончательно оставили Гомель. Часть народных ополченцев была при­звана в регулярную армию, часть ушла в партизаны.

Всего же за полтора месяца боёв на подступах к Гоме­лю германские войска поте­ряли убитыми и ранеными свыше 80 тысяч солдат и офицеров, 200 танков и более сотни самолётов, много дру­гой техники и вооружения. Но самое главное, что защитникам города уда­лось оттянуть на себя значительную часть гитлеровских войск, уже наце­лившихся на Москву. Наряду с геро­ической обороной Могилёва и Смо­ленска, затянувшееся оборонитель­ное сражение под Гомелем дало воз­можность нашему командованию ор­ганизовать оборону столицы СССР и остановить немцев на ближайших под­ступах к ней.

Гомель же хоть и оказался захвачен, но так и остался непокорённым до са­мого своего освобождения 26 ноября 1943 года. Это целый пласт героиче­ской истории нашего города, о котором долго можно рассказывать. Достаточ­но отметить, что в течение всей окку­пации в городе действовали в разное время около 50 больших и малых под­польных групп. Для борьбы с ними ок­купационными властями было созда­но 16 различных карательных органов. Показательно, что по личному распо­ряжению фюрера в Гомель для раз­грома подполья прибыл специалист по провокациям Курт Гартнер. Пу­тём террора, массовых казней и про­вокаций (на момент освобождения в Гомеле оставалось чуть более 12 ты­сяч жителей) он смог уничтожить не­сколько групп подпольщиков. Но со­противления гомельчан сломить ни ему, ни всей репрессивной гитлеров­ской машине так и не удалось.

Александр Евсеенко, фото Вячеслава Коломийца и из архива Александра Веснина, «Советский район»

26-noyabrya-1943-goda-dlya226-noyabrya-1943-goda-dlya3

26-noyabrya-1943-goda-dlya4

26-noyabrya-1943-goda-dlya5

26-noyabrya-1943-goda-dlya6

Оставить комментарий


Каталог TUT.BY Яндекс.Метрика